Детская библиотека-филиал №2

МУК «Централизованная система детских библиотек г. Ярославля»

«Пусть книга нас объединит»

 

Творческие работы читателей нашей библиотеки, победителей областного конкурса детского литературного творчества «Проба пера - 2017»

 

 

Кузечкина Алина, 16 лет

 

участник областного конкурса «Проба пера – 2017». Заняла 3-е место в старшей возрастной группе в номинации «Прозаическое произведение».  

(Рассказ написан под псевдонимом Никита Артемьев)

 

 

Варенька

 

Третью ночь подряд мне снился один и тот же сон. Мне снилась моя школа и Варенька… Моя бессонница пропала, но я был этому не рад. Я – почти тридцатилетний мужчина – жил прошлым, мечтал о встрече со своей школьной любовью.

             Я учился в школе-пансионате для детей, у которых родители были военными. Эта школа была создана с целью упрощения обучения детей, чтобы родители не таскали их за собой. Мама ездила по всему миру за отцом, а я сидел в этом пансионате и не понимал, какого черта мои родители избавились от меня? Со временем я научился искать в этом свои плюсы: из школы не могли отчислить, родительских собраний не проводили. Но был и один огромный минус: мама звонила мне каждую субботу ровно в шесть часов вечера, задавала одни и те же вопросы, рыдала в трубку, говорила, что очень сильно скучает, а на заднем плане отец кричал: «Прекрати сырость разводить! Он мужик или кто?!» Каждый раз одно и то же.

             Суббота, времени 18:03, а мама так и не позвонила. Я стал переживать. Все мои попытки дозвониться до нее были напрасны. В среду директор вызвал меня к себе. Он начал издалека, и тогда я понял, что случилось что-то серьезное. В общем, Филипп Алексеевич (так звали директора) рассказал, что на учениях моему отцу стало плохо с сердцем, «Скорая» долго ехала… Стандартная ситуация. Мама осталась там на некоторое время уладить какие-то формальности и просила, чтобы меня не отчисляли посреди учебного года. Но и потом меня не отчислили… Мать стала угасать и примерно через пять месяцев тоже скончалась. Я был на хорошем счету у директора, и, сжалившись над сиротой, он позволил мне доучиться.

             И вот я, будучи учеником одиннадцатого класса, влюбляюсь в восьмиклассницу. Мне 18, ей 15. Она была моей Варенькой. Такая смешная, рыжая и с веснушками, мечтала, что, когда вырастет, будет клоунессой. Варя не боялась выглядеть нелепо. Мы часто сидели в библиотеке: она читала детские книжки и потом очень возбужденно пересказывала мне их. Я сидел и слушал ее. Мне действительно было интересно.

             Наше счастье длилось недолго. После выпускного я уехал учиться в другой город и Варю больше не видел. А спустя одиннадцать лет она мне приснилась. Признаюсь, мне было бы интересно посмотреть, какой она сейчас стала. Я не могу представить ее серьезной взрослой женщиной. Мое воображение рисовало ее все той же смешной восьмиклассницей, способной развеселить даже самого унылого человека, то есть меня.

             Очередная ночь. Мне снится школа. Семь часов вечера, поздний ноябрь. Мы были с Варей в библиотеке. Я сидел и читал ей стихи Есенина:

                          Я б навеки пошел за тобой

                          Хоть в свои, хоть в чужие дали…

                          В первый раз я запел про любовь,

                          В первый раз отрекаюсь скандалить.

             Она сидела напротив, опершись подбородком на ладонь, и не сводила с меня сонных изумрудно-зеленых глаз. Я смотрел в ее глаза. Я видел в них все: яркое летнее солнце, ароматную зелень лугов, спокойное кристально чистое море и нежно-голубое небо. Я закончил читать, Варя тяжело вздохнула:

             – Хочу еще…

             – Нет, на сегодня хватит, – возразил я, – ты уже спать хочешь.

             – Не хочу я спать. Ну, прочитай еще одно стихотворение!

             – Хорошо, но только одно…– я совершенно не мог ей отказать. Знаете, это как с ребенком, которого очень любишь и которому не можешь сказать «нет». И я начал: «Шаганэ ты моя, Шаганэ!»

             Варя слушала настолько внимательно, насколько это возможно. Мне показалось, что в какой-то момент она задержала дыхание.

             Я проснулся в холодном поту. Все эти воспоминания разбудили во мне ярое желание найти Варю. Мне повезло, что моя работа связана с поиском людей. Оказывается, в нашей стране всего две Варвары Шпильские: одна умерла в возрасте семидесяти двух лет, а вторая, двадцатишестилетняя, жива и здорова. Я дождался выходных, моя поездка выпала на 23 февраля. Я купил билеты и был уже на низком старте. Выхожу на перрон полный надежд и опасений, мое сердце сжалось, мне показалось, что она перестало биться. Я сел в такси:

             – Куда едем, уважаемый? – раздался хриплый голос водителя.

             Я молча сидел и смотрел на него.

             – Молодой человек, не задерживайте меня, – раздраженно оборвал шофер.

             – Маломолочная, 5, – потупившись, сказал я.

             Тот нервно вздохнул и завел машину. Всю дорогу я смотрел на свои руки. Они тряслись так, будто я сидел на электрическом стуле.

             – Приехали, с Вас 250, – голос водителя прервал мои мысли.

             Я вышел из машины и долго смотрел по сторонам. Дом был общежитием: куча подъездов, куча квартир. В итоге я нашел нужный подъезд. Домофон не работал, поэтому я беспрепятственно зашел, поднялся на восьмой этаж. Я стоял у дверей и собирался с мыслями. Мое сердце бешено колотилось, и тут я заметил, что дверь открыта… Темно, свет идет только из окна на кухне, пахнет затхлостью и какими-то отходами. Я включил фонарик на телефоне и пошел на свет. На полу валялись пустые бутылки, а за столом сидело чье-то неподвижное тело. Мне стало не по себе. Рыжие локоны были обстрижены под мальчика, коротко и криво, будто самостоятельно.

             – Варя, как же так получилось? – спросил я у тела.

             – Беэлеа…– оно ответило мне тихо и хрипло.

             – Варя! Варя! Ты жива!?– выкрикнул я.

             Она подняла голову и уставилась на меня испуганными глазами.

             – Ты кто??– еле ворочая языком, выдавила она из себя.

             – Ты меня не помнишь? Я Никита. Мы учились вмес…– я не успел договорить.

             – Опять ты!? Уйди, ты мне мерещишься! – она отмахнулась от меня так сильно, что рука ее перевесила, и она с глухим стуком упала со стула.

             – Мать, до чего же ты себя довела?

             Я наклонился к ней и хотел ее поднять, но она начала вырываться:

             – Уходи!! Я знаю, что тебя нет! Ты мне кажешься!!– Варя начала плакать.

             – Хватит! Вставай! Я тебя здесь не брошу! – я кричал на нее так неистово, что мой голос начал хрипеть.

             Я взял ее на руки и отнес в комнату на диван и поставил рядом тазик. Я знал, что рано или поздно ей станет плохо. Пока Варя спала, я решил прибраться в квартире: выбросил бутылки, вымыл пол, вынес мусор, сходил в ближайший магазин и начал готовить обед. Меня прервал грохот. Варвара упала с дивана, когда наклонялась к тазику.

             – Так ты все еще здесь…– не очень радостно произнесла она, – Я надеялась, что ты очередной глюк.

             – Я же сказал, что я настоящий, – поднимая ее, ответил я, – надевай тапки и пошли на кухню, я суп сварил.

             Мы сидели за столом. И я начал разговор:

             – Ну, рассказывай, Варенька, как докатилась до такого?

             Она покраснела:

             – Да вот как-то так… Ты уехал, я кое-как закончила школу, не поступила в цирковое, сказали, мол, «нет таланта». И пошла жизнь по наклонной. Представляешь, каково это – не достичь цели всей своей жизни? Не представляешь… Я думала, что не переживу это, но нашла отличное «лекарство».

             – А как же книги? Ты же их так любила

             – Ха, какие книги?! Мне на выпивку-то не всегда хватало, – ответила она резко, но нее глазах появились слезы.

             – Ну, ты только вспомни нашу библиотеку…

             – Прекрати! – она заплакала и пошла в комнату.

             Я чуть-чуть переждал и пошел за ней. Она сидела на полу, прижав колени к подбородку.

             – Ты думаешь, мне нравится такая жизнь?!– всхлипывая, спросила она. Я не успел ответить. – Нет, не нравится. От меня все шарахаются. У меня нет друзей, родители отказались от меня. Я мусор, который все пинают и швыряют!

             Я сел рядом с ней:

             – Ну, прекрати. Ты нужна мне. Я же не просто так сюда приехал.

             – А ты помнишь стихотворения, которые мне читал тогда в библиотеке? – возбужденно спросила она.

             – Конечно, помню, все до единого помню, – вытирая ей слезы, ответил я.

             – Прочитай! Прочитай хотя бы одно! – она крепко взяла меня за руку.

             – Хорошо…

                          Вы помните,

                          Вы все, конечно, помните…

             Варвара заплакала еще сильнее. Она прижалась к моей груди:

             – Помоги мне, пожалуйста. Помоги… Я хочу стать человеком, – она умоляла меня, схватившись за мою рубашку.

             И тут я не выдержал. Я всегда считал себя сухарем, неспособным плакать, но тут я не мог сдержать слезы:

             – Конечно… Конечно, я тебе помогу, но только не плачь…Я так понимаю, что тебя здесь ничего не держит. Поехали со мной, – она согласно кивнула головой,– собирай вещи и поехали.

             – Да мне особого нечего собирать…

             – Как так?

             – Почти все продала…

             – Хорошо, тогда я вызываю такси, и мы сейчас же уезжаем отсюда.

Такси приехало через пару минут. Нам повезло, мы успели на последний поезд до моего города.

             Я привел Вареньку домой. Она была счастлива как никогда. Мы сходили в парикмахерскую, где ее аккуратно подстригли; потом зашли в несколько магазинов, чтобы купить ей нормальную одежду. Варвара преобразилась. Она и до этого была прекрасна, но сейчас она стала просто неотразима…

             Нас объединила книга, любовь к чтению. Стихи спасли мою Вареньку. Я по-настоящему счастлив.

 

 

Никита Артемьев

29.01.2017

 

.

Меню